Партнерство мощностью 4,8 ГВт

Новый этап сотрудничества Росатома с КНР

Красивый проект

Портфель заказов Росатома по сооружению атомных станций за рубежом включает 35 энергоблоков в 12 странах. В некоторых странах эти АЭС станут первыми, другие государства давно и успешно развивают атомную энергетику. Китай имеет собственную хорошо развитую атомную промышленность и сам строит АЭС на своей территории по локализованным французским и американским технологиям. Тем не менее российские реакторы ВВЭР вызывали у Китая достаточно высокий интерес, и в 1992 году было заключено межправительственное соглашение на сооружение первой очереди Тяньваньской АЭС, а в 1997 году после длительных и сложных переговоров был подписан контракт на строительство первых двух блоков станции.

«Это было непростое время для российской атомной промышленности, поэтому пришлось приложить немало усилий для организации производства необходимого оборудования, — рассказывает вице-президент по проектам в Китае АО АСЭ Алексей Банник. — Для нас это был первый проект станции повышенной безопасности поколения III. Первоначально его готовили для Финляндии. Это был очень красивый проект с минимальными капзатратами на строительство. При этом он был новым, в России подобного блока еще не было, поэтому мы столкнулись с определенными сложностями и при проектировании, и при изготовлении оборудования». На первых блоках Тяньваньской АЭС были впервые применены технические решения, которые в дальнейшем стали стандартом в области систем безопасности: четыре канала активных систем безопасности, двойная защитная оболочка, ловушка расплава, цифровая система управления блоком.

В 2007 году первая очередь станции была сдана в эксплуатацию и переговоры о строительстве блоков 3 и 4 перешли в активную фазу. В это время у Китая уже существовала необходимость покрывать рост энергопотребления в стране и замещать выбывающие мощности тепловых станций. Было понимание, что надо начинать строительство следующих блоков. «На тот момент в Китае было несколько ядерных корпораций, между которыми существовала определенная конкуренция, и не все были согласны с идеей ждать окончания переговоров с Россией, им было необходимо двигаться вперед», — рассказывает Алексей Банник.

Так на Тяньваньской АЭС появились китайские подрядчики, начавшие строительство третьей очереди еще до окончания переговоров с Россией о сооружении второй. Блоки № 5 и 6 с реакторами ACPR-1000 — это продолжение французского проекта, который был модернизирован и полностью локализован в Китае. «Было логичным, что они продвигают свои собственные проекты и оказывают им максимальную поддержку как со стороны государственных структур, так и со стороны производителей оборудования», — объясняет Алексей Банник.

После сложных переговоров в марте 2010 года был подписан контракт на строительство Росатомом блоков № 3 и 4. Однако авария на АЭС «Фукусима» в марте 2011 года внесла глобальные коррективы в мировую атомную индустрию. «Китайский надзорный орган приостановил строительство новых АЭС вне зависимости от страны-подрядчика, — рассказывает Алексей Банник. — Мы выполнили стресс-тесты для третьего и четвертого блоков и предложили внести в проект ряд изменений, учитывающих фукусимский опыт. В итоге мы стали первым подрядчиком, получившим лицензию на строительство АЭС в Китае после аварии на Фукусиме, и приступили к работе над блоками № 3 и 4, в то время как китайским подрядчикам разрешение продолжить строительство блоков № 5 и 6 надзорный орган выдал позже. Это стало очевидным признанием высокого уровня безопасности российского проекта».

В 2017 и 2018 годах блоки № 3 и 4 Тяньваньской АЭС были сданы в эксплуатацию. К слову, китайские блоки № 5 и 6, строительство которых началось раньше российских, были включены в сеть позднее российских. «Опыт, полученный при строительстве первых двух блоков, позитивно сказался при реализации второй очереди станции, в итоге мы включили в сеть третий и четвертый блоки с опережением графика на несколько недель, — отмечает А. Банник. — Этот прекрасный результат показал, что первая очередь, при реализации которой возникали определенные сложности, не прошла для нас даром и многому научила!»

 

Самая крупная в мире

В марте 2019 года в Пекине состоялась церемония подписания генерального контракта на сооружение новых блоков на площадке Тяньваньской АЭС мощностью 1200 МВт каждый (блоки № 7 и 8). До этого по данному проекту был подписан межправительственный протокол и рамочный контракт на сооружение самых современных реакторов ВВЭР-1200 поколения III+. В соответствии с документом российская сторона будет проектировать ядерный остров станции, а также поставит ключевое оборудование ядерного острова и топливо для обоих блоков. Ввод энергоблоков в эксплуатацию запланирован на 2026–2027 годы.

Блоки № 7 и 8, которые предстоит построить Росатому на Тяньваньской АЭС, будут логичным развитием решений и концепций, примененных на первых четырех блоках станции. Что изменилось? Прежде всего, это диверсификация систем безопасности по типам. Так, если на предыдущих блоках было четыре активных канала систем безопасности, то в новом проекте добавляются еще два пассивных канала, не требующих для своей работы внешних источников энергии. И даже в случае возникновения ситуации, аналогичной той, что произошла на АЭС «Фукусима» (станция оказалась лишенной энергоснабжения), эти системы запустятся автоматически и будут работать полностью автономно. «В основе функционирования пассивных систем безопасности лежат простые физические принципы, — объясняет Алексей Банник. — Так, теплая вода легче и поднимается вверх, холодная тяжелее и опускается вниз. Таким образом, в контуре возникает естественная циркуляция, обеспечивающая отвод тепла без участия источников энергии». Преимуществом при сооружении ВВЭР-1200 является то, что этот проект реализован на Ленинградской станции и хорошо изучен, что позволяет тиражировать его на других площадках.

Долгий опыт успешного взаимодействия с китайской стороной позволил большую часть работ доверить заказчику. Если на первой очереди российская сторона проектировала всю станцию и поставляла практически все оборудование, то на блоках № 7 и 8 интеграция с заказчиком будет более глубокой. «Формат нашего участия называется техсодействие, мы проектируем свою часть проекта – ядерный остров и поставляем под нее оборудование, — говорит А. Банник. — Уровень локализации составит порядка 70–75 %. При этом у китайских партнеров возникает ряд сложностей в связи с разными типами блоков в части создания инфраструктуры на площадке и снабжении запчастями. Это неудобно, но это не та трудность, которую стоит бояться. И, к слову, наши китайские партнеры не только не боятся трудностей, но и берутся реализовывать самые масштабные проекты — после пуска блоков № 7 и 8 Тяньваньская АЭС станет самой крупной АЭС в мире с суммарной установленной мощностью 9 ГВт».

 

Новая площадка

АЭС «Сюйдапу» — новый проект сотрудничества России и Китая в области атомной энергетики, расположенный в городе Хулудао (провинция Ляонин). В 2019 году был подписан ряд контрактов, в том числе генеральный контракт на сооружение энергоблоков № 3 и 4 АЭС «Сюйдапу» с реакторами ВВЭР-1200, а также контракт на поставку ядерного топлива. В соответствии с контрактами российская сторона будет проектировать ядерный остров станции, поставит ключевое оборудование ядерного острова для обоих энергоблоков, окажет услуги по авторскому надзору, шефмонтажу, шефналадке поставленного оборудования. Ввод блоков в эксплуатацию намечен на 2027–2028 годы.

На площадке Сюйдапу будут построены такие же энергоблоки, как и на Тяньваньской АЭС. Однако в ряде аспектов проекты будут несколько различаться. Площадка Сюйдапу находится примерно на тысячу километров севернее, и там значительно холоднее, особенно зимой. «Летом температура более-менее сопоставима, на Тяньване около +40 °С, на Сюйдапу около +30°С. Зимой различия радикальные, на площадке Сюйдапу может быть до -20 °С, а на площадке Тяньвань — от 0 до минус 5 максимум, — рассказывает Алексей Банник. — Холодная морская вода обеспечивает большую эффективность работы конденсатора и систем турбины, вследствие чего мощность Сюйдапу будет выше на несколько мегаватт. Это несущественное различие, тем не менее его надо учитывать в проекте. Разница температур также приводит к разным мощностям систем кондиционирования и вентиляции. Что касается самих площадок, грунтов, влажности — все примерно сопоставимо».

Первые два блока АЭС «Сюйдапу» строились по локализованному китайскому проекту CAP-1000, созданному по технологиям американского проекта AP-1000. «Тогда считалось, что это самая совершенная технология для реакторов с водой под давлением, и китайская сторона хотела ее тиражировать, — объясняет А. Банник. — Технология была новая, и при монтаже и вводе в эксплуатацию возник ряд проблем. Это привело к изменению оценки американского проекта, и строительство было заморожено. Не знаю, почему именно было принято такое решение, и я не могу сказать, что американский блок плохой, а наш хороший и поэтому его строят, это было бы неуважением по отношению к американским коллегам, возможно, дело в экономических аспектах, но тем не менее на сегодняшний день блоки № 1 и 2 АЭС “Сюйдапу” остаются в замороженной стадии. Главным преимуществом российских блоков я бы назвал “культ безопасности”. В проекте ВВЭР-1200 безопасность даже избыточна, но это преимущество видно лишь узким специалистам. При этом хочу подчеркнуть, что и блоки № 5 и 6 Тяньваньской АЭС, и № 1 и 2 АЭС “Сюдайпу”, как и наш проект, соответствуют всем нормам и требованиям по безопасности».

 

Проектная стыковка

АО АСЭ реализует проекты совместно с китайскими партнерами по схеме техсодействия, предполагающей, что у каждой стороны есть свой конкретный участок работы. Такая схема, в отличие от проектов под ключ, содержит меньше рисков, обеспечивает лучшую управляемость и прогнозируемость следования графику, однако имеет и определенные трудности. Главная сложность, возникающая при работе по такой схеме, состоит в необходимости правильно и точно провести границы между зонами ответственности и на этих границах наладить взаимодействие, осуществляя стыковку технологических процессов.

«Если граница проведена нечетко, возникает недопонимание, кто именно отвечает за ту или иную работу на стыковочных участках, — поясняет А. Банник. — В процессе проектирования также могут возникать отклонения от первоначально принятого плана, например, вместо семи насосов надо поставить восемь, и приходится решать, кто должен платить за дополнительное оборудование. Этими приграничными процессами необходимо гибко управлять, чтобы, с одной стороны, обеспечить качественную реализацию проекта, а с другой — не выйти за границы выделенного бюджета. Опыт взаимодействия с китайскими партнерами, наработанный нами в ходе реализации предыдущих проектов, помогает нам решать подобные вопросы. Мы работаем единой командой, более того, мы уже знаем, где потенциально могут возникнуть проблемы и заранее стараемся их избежать».

 

Нормативные нюансы

Проектирование, согласно контракту, ведется по российским нормам, однако в случае, если существуют различия в нормах в части ядерной, радиационной и пожарной безопасности, охраны труда и воздействия на окружающую среду, российская сторона должна учитывать китайские нормы. «Как правило, российские нормы аналогичны китайским, но возникают моменты, когда они расходятся, и мы должны это учитывать, — объясняет Алексей Банник. — Таким образом китайские партнеры косвенно участвуют и в проектировании ядерного острова станции, обсуждая с нами решения, которые могли бы одновременно отвечать как российским нормам, так и китайским. Также надзорный орган Китая напрямую выдает нам требования, которые мы, как правило, принимаем и вносим соответствующие корректировки в наш проект».

Существуют разные пути выполнения этих требований китайской надзорной инстанции. Например, путем дополнительных расчетов можно доказать, что оборудование, сейсмостойкое по российским нормам, также является сейсмостойким и по нормам Китая. «Подобные расчеты можно делать консервативно — сразу для большой группы оборудования. Но для важной единицы оборудования можно сделать подобный расчет отдельно, — поясняет А. Банник. — Это всегда живой диалог с надзорным органом, мы умеем делать эту работу и справляемся с ней. Самое главное: все нормативы, российские, китайские, американские, французские, даже если в чем-то различаются, все равно преследуют одну общую цель — сделать станцию максимально безопасной».

 

Справка

Развитие атомной энергетики в Китае — часть мер для обеспечения роста энергопотребления в экономике, а также инструмент улучшения экологической ситуации, ухудшающейся вследствие использования угольных станций.

В Китае по состоянию на май 2021 года действует 50 ядерных реакторов на 17 АЭС суммарной мощностью 47,5 ГВт, еще 14 блоков находятся в стадии строительства.

К 2030 году Китай собирается увеличить число ядерных реакторов до 110 общей мощностью 120–150 ГВт, что сделает страну одним из крупнейших в мире потребителей атомной энергии.

За период с 2014 по 2019 год доля атомной энергетики в общей выработке электричества выросла на 2,49 % и составила 4,88 %.

На сегодняшний день в Китае эксплуатируются 4 реактора российского дизайна ВВЭР-1000 на Тяньваньской АЭС общей мощностью 4 ГВт. В следующие 7 лет планируется ввести в эксплуатацию еще 4 энергоблока ВВЭР-1200 на Тяньваньской АЭС и АЭС «Сюйдапу» общей мощностью 4,8 ГВт.

Цитата

Алексей Банник: «Опыт взаимодействия с китайскими партнерами, наработанный в ходе реализации предыдущих проектов, помогает нам. Мы работаем единой командой, мы уже знаем, где могут возникнуть проблемы, и заранее стараемся их избежать»