Китайский масштаб

Искусство балансировать интересы

— Расскажите, как складывалась история сотрудничества РАОС с Китаем.

— РАОС начал работу с Китаем в 2017 году. Нашей команде была поручена сложная задача: подписать контракты сразу по трем проектам. Это была масштабная пакетная сделка. В нее входили проекты по сооружению блоков № 7 и 8 Тяньваньской АЭС, сооружение двух блоков на новой площадке (ее название мы тогда еще не знали), сотрудничество по китайскому демонстрационному быстрому реактору CFR600. Был еще четвертый проект, которым команда РАОС не занималась, но он был в рамках этой пакетной сделки, а именно — сотрудничество по китайской лунной программе, согласно которой ВНИИЭФ поставил тепловые блоки для китайского лунохода.

Работа осложнялась тем, что переговоры велись по всем проектам одновременно. Стояла задача подписать пакет контрактов в довольно сжатые сроки. Параллельно по данным проектам велись переговоры на уровне госкорпорации по межправительственным соглашениям. У нас была большая команда, подключались руководители разных дивизионов и предприятий Росатома — «Атомпроект», АСЭ, «Атомэнергомаш», «ОКБМ Африкантов», «ОКБ ГИДРОПРЕСС», ТВЭЛ.

Результатом этой слаженной, по-настоящему командной работы стало подписание в июне 2018 года трех межправительственных соглашений и четырех контрактов, три из которых были заключены при содействии команды РАОС. На этом работа не закончилась, в течение 2018 и 2019 годов мы также содействовали в подписании серии исполнительных контрактов по проектированию, генеральных контрактов по всем блокам и контрактов на поставку топлива. Сейчас проекты активно реализуются, блоки строятся, и мы с гордостью следим уже за успехами наших товарищей на этапе реализации.

История сотрудничества российских и китайских атомщиков достаточно долгая, интересная и плодотворная, она насчитывает не одно десятилетие. Тем не менее РАОС уже есть чем гордиться, мы достаточно серьезно расширили масштаб и спектр сотрудничества, выведя его на новый уровень.

— В чем заключаются основные задачи в работе РАОС на китайском рынке?

— Одна из основных задач РАОС — найти возможности для новых проектов и оказать максимальное содействие в заключении контрактов, которые затем подписывают профильные предприятия. Команда РАОС является интегратором, который собирает оптимальные предложения, ведет переговоры по контрактам, связывает воедино отдельные элементы проекта или, как в данном случае, стыкует разные части большой пакетной сделки, обеспечивая для дивизионов Росатома комфортную среду для реализации проектов. Контракты должны быть сбалансированными, условия не должны противоречить друг другу и должны не иметь разночтений. Еще одна немаловажная часть работы состоит в обеспечении четкой стыковки контрактов с межправительственными соглашениями. РАОС, помимо прочего, является своего рода связующим звеном между задачами и договоренностями самого разного уровня — отдельными проектами, контрактами, межправительственными соглашениями.

— Насколько сложно было вести переговоры по последней пакетной сделке, включающей строительство четырех новых энергоблоков российского дизайна?

— Прежде всего, мы старались опираться на предыдущий успешный опыт взаимодействия Росатома и китайских атомщиков. Существует отлаженный механизм работы, с обеих сторон есть специалисты, давно знающие и хорошо понимающие друг друга. Налажена эффективная форма кооперации, при которой станция проектируется и строится совместно российскими и китайскими специалистами. При этом мы привнесли и значительные новшества в части контрактов, привели их в соответствие с современными требованиями. Например, новые контрактные условия, направленные на серьезную защиту интеллектуальной собственности по проекту CFR600. Это было жесткое требование со стороны Росатома: учитывая уникальность технологий быстрых реакторов, защитить нашу интеллектуальную собственность на самом высоком уровне. Большое внимание также уделялось гражданской ответственности за ядерный ущерб.

При этом, несмотря на то, что стороны хорошо друг друга понимают и у нас сложился правильный формат работы, переговоры были достаточно тяжелые. Ведь такой масштабный пакет проектов является беспрецедентным. Китайские товарищи очень искусные переговорщики, фактически по каждому контракту были непростые дискуссии, тем не менее мы совместно находили решения самых сложных вопросов с учетом баланса интересов обеих сторон.

— Что входит в интегрированное предложение Росатома в Китае, над заключением которого работал РАОС?

— В контрактах по Тяньваньской АЭС и АЭС «Сюйдапу» за российской стороной закреплены проектирование и поставка оборудования по ядерному острову, а также поставка топлива. Все остальное — ответственность китайской стороны. Так как строятся блоки новейшего поколения, с которыми китайская сторона еще не имела дела, с большой вероятностью в повестке возникнет вопрос и о подготовке китайских специалистов.

По контракту CFR600 российская сторона поставляет ключевое оборудование, проводит экспертизу отдельных частей проектной документации, поставляет расчетные коды и топливо. С учетом того, что CFR600 — это китайская разработка, нашим специалистам также пришлось адаптировать оборудование и топливо под разработку заказчика.

— Насколько сложно было заключить контракт о строительстве новых российских энергоблоков с учетом того, что Китай, в отличие от большинства других заказчиков Росатома, имеет собственные атомные технологии?

— Китай сооружает энергоблоки на базе французских и американских технологий. Но сейчас у них появилась собственная реакторная технология Hualong One (что в переводе с китайского означает «китайский дракон»).

Надо отметить, что блоки ВВЭР в Китае — это, по сути, совместные проекты с высокой степенью локализации. Уже построенные блоки являются одними из самых эффективных в мире. Китайские инженеры имеют опыт их проектирования, строительства и обслуживания и заинтересованы в продолжении сотрудничества. При этом понятно, что, имея собственные разработки, Китай стремится строить блоки национального дизайна.

Как нам удалось договорится о сооружении новых блоков на двух площадках? Помимо отличной репутации российских энергоблоков, свою роль сыграла пакетная сделка. Существовала заинтересованность китайских партнеров в сотрудничестве по лунной программе и поддержке проекта CFR600. В этих сферах мы обладаем необходимыми знаниями, опытом и технологиями, поэтому мы согласились на участие в этих проектах с учетом нашего интереса продолжить сооружение энергоблоков ВВЭР, таким образом найдя общий баланс интересов.

— Каковы перспективы заключения новых контрактов по строительству в Китае энергоблоков российского дизайна?

— Мы будем продолжать работу и поиск новых комплексных пакетных договоренностей, которые позволят нам продолжить сооружение российских блоков. Для этого у нас есть правовая база, есть совместное заявление глав правительств России и Китая, озвученное в 2016 году, где одним из перспективных направлений сотрудничества названо серийное строительство энергоблоков ВВЭР в Китае. Есть межправительственное соглашение по площадке Сюйдапу, где речь также идет о серийном сооружении там энергоблоков ВВЭР. Если мы найдем новый сбалансированный подход, то сможем продолжить сотрудничество в сфере строительства энергоблоков большой мощности.

— Какие еще направления в сфере ядерных технологий имеют перспективы для сотрудничества с Китаем в обозримом будущем?  

— Сейчас ведутся переговоры на уровне Росатома и китайского Агентства по атомной энергии, обсуждаем долгосрочные стратегические планы — и палитра направлений довольно широкая. Мы активно участвуем в этих обсуждениях. Перспективные темы — быстрые реакторы, замыкание топливного цикла, переработка ОЯТ и другие направления. Атомная отрасль достаточно консервативная, а с Китаем опыт сотрудничества довольно продолжительный и успешный. Есть различные проекты на разных технологических переделах. Мы считаем, что надо продолжать то, что успешно реализуется.

Такой палитры реализованных и перспективных проектных направлений, как с Китаем, у Росатома нет ни с кем из других партнеров. Поэтому мы говорим, что для нас Китай такой стратегический партнер, с которым можно делать самые разные проекты, беспрецедентные как по масштабам, так и по технологиям.